Дорогой Дневник!
Мне столько всего нужно тебе рассказать!! Мы с Дамоном таки нашли Стефана, но он много не помнить, может это к лучшему, ведь я еще знаю ,кого выбрать!!! Дамон Стефан Дамон .Стефан!!! И так все время ..Все стало еще хуже когда я увидела Стефана, я не могла понять, как я все это время жила без этой улыбки, этих влюбленных глаз!
Но Дамон уехал сразу же после того как мы нашли Стефана..Я уже несколько дней обливаюсь слезами, вспоминая его искаженное от боли лицо .какая же я эгоистичная, двуликая не знаю как себя еще назвать!!!!
Но я знаю, он меня любит и обязательно вернется! Ведь я так без него скучаю!!!
Стефан много не помнит и я начинаю думать, что это очень даже кстати, в том случае ,если я выберу тогобез кого не могу быть - его старшего брата!
Но Стефан ,он такой нежный, влюбленный!!!
Мэтт , Бонни и Мередит, которая вернулась домой, после встречи с Алахиром , помогают Стефану вспомнить подробности его жизни.
Кроме того, что я попросила утаить, пока!
Сложнее всех было уговорить Мэтта, с его не удачными шуточками:
"Что защищаешь Клычка!! Не бойся, он выживет, когда узнает что выбрала Стефана!!"
Он почему то очень в этом уверен, но не я
Я не смогу смотреть с лицо Стефана, если он узнает про нас с Деймоном .. я знаю это неправильно, но по-другому я не могу!!!!
Ладно, хватит о плохом!! Расскажу лучше о новостях, которые появились во время моего отсутствия . Бонни и Мэтт теперь вмести, как я рада за них, наконец то Мэтт будет счастлив!!!
Тетя Джудит с Маргарет уехали с города, и теперь я спокойно могу там жить, говоря людям, что я троюродная сестра Елены.
Все это время я провожу со своими друзьями и Стефаном в его пансионате!
И я понятия не имею, что произойдет завтра.

Елена
* * *

Деймон и Бонни. Выдержки из 7 книги.

"Я не хочу, чтобы ваш грязный раб трогал её",-прорычал Дэймон. "Я хочу, свою девушку назад! Она стоит ...." Здесь он остановился, пытаясь вычислить, сколько стоили обычные девушки, а сколько Бонни.

Сто тысяч?

"Она стоит гораздо бол…" тут Деймон запнулся… Так как заметил Бонни в переднем дворе.

Она не могла не думать, даже сейчас, о том, как выглядел красивый Деймон красивый, и дикий и темный, и жестокий и великолепный.

Она не могла не думать о том как он улыбнулся ей и о том что он пришел, чтобы спасти ее. И в этот момент Бонни поняла, что её сердце разбито на две части…

"Они сделали тебе больно, не так ли, птичка? Я увидел ... Я увидел твое лицо", - сказал Деймон, в тоже время он запнулся от ужаса, услышанного в своём голосе.

Бонни я не знаю, что сказать. Но так как она не возражала, он притянул её к себе и обнял. Она даже нашла в себе силы чтобы обнять его в ответ.

Вдруг она почувствовала шок, Дэймон поднял ее на руки и поцеловал в губы очень нежно.

"Маленький птичка! Я собираюсь идти, и заставить их заплатить за то, что они сделали тебе".

"Можете ли ты вспомнить три вещи?" она сказала она Деймону. На этот раз Дэймон поцеловал ее тихо в лоб.

"Ты оставили меня в этой ужасной гостинице в течение недели -" Как будто она могла видеть это в его уме, она увидела этот кусочек в нём, как какой-то деревянный меч. Он держал ее так крепко, что она действительно не могла дышать.

"Я.. Не хотел. Это было действительно только четыре дня, но я никогда не должен был делать этого", - сказал он.

Бонни очнулась и поняла, что она была без сознания несколько минут. Она начала дрожать, и как только она начала она не могла остановиться. Она почувствовала волну тепла, и она знала, что Дэймон пытается согреть ее, но она все чаще дрожала, и он не хотел уходить.

"Что случилось?" - Деймон спросил, и голос его отличался от его обычного.

"Я не знаю", - сказала Бонни. Они этого не делали. "Может быть, это потому, что они все хотели выбросить меня из окна. Я не собиралась кричать о том, что" поспешно прибавила она, в случае, если он предполагал, что она будет ", а затем, когда они говорили она чувствовала волны исходящие от Деймон. Он держал ее слишком сильно.

Она не понимала, Елена думала, что она разговаривала с очень маленьким ребенком.

"Я должен сказать вам, до свидания, хотя." Впервые он посмотрел на Бонни.

И - и я должен сказать тебя, что я извеняюсь. Я так же думаю, что ты знаешь что ты для меня значишь и что ты меня простишь. Но ... если ты… не ... я не знаю, что будет…!

И глубокому удивлению Деймон, увидел как изменяется вырожение лица Бонни, от слез к удивлению, страх скрытому под тщательным контролем. Как будто Бонни выросла в одно мгновение.

Конечно, - конечно, я понимаю, и я прощаю тебя. - Но ты не сделал ничего плохого я такая глупая -…Я…

"Я не считаю тебя глупой",- ребенок сказал он, глядя значительно легче. "Но я благодарю тебя за то что ты простила меня".

Стефан сжал руку Елены, "Она так старалась для вас. Она любит тебя тоже, как видишь, я даже не знаю, что я думаю .. я думаю .. Я был слеп со всех сторон.. "

Глаза Дэймона пульсировали от боли. Он помнил девушку с синими глазами и золотыми волосами, а также маленькое личико в форме сердечка с широкими карими глазами.

И вкус: вкус слез двух девушек. Елена…Бонни…

Вместе они заполнили его мысли как фотография.

Они ждут меня, если я могу понять, кто я…

"Елена остановилась. Она посмотрела на стражей, и она посмотрела на сокровища.

Так же она взглянула на Бонни и Стефана, которые ждали её. В их глазах было и понимание и разрешение. Потом она сказала медленно «Я хочу, чтобы вернулась моя старая жизнь. Нет, я хочу новую жизнь, с моей старой жизнью позади меня. Я хочу быть Еленой Гилберт, точно такой, как если бы я окончила среднюю школу, и я хочу пойти в колледж Далкрест. Я хочу проснуться в доме тети Джудит и утром обнаружить, что никто не помнит, что меня не было около 9 месяцев. И я хочу, чтобы Стефан, жил в пансионе мирно все это время. И я хочу, чтобы такой вещи, как Шиничи и Мисао и с кем бы они работали были мертвы. И я хочу, чтобы все, что Клаус сделал в Феллс Чёрч, вернулось обратно. Я хочу, чтобы Сью Карсон была жива! Я хочу, чтобы Вики Беннет так же вернулась обратно.

Елена часто общалась с ребёнком в сознании Дэймона. Они разговаривали (это продолжается в течение примерно 10 страниц). Она плакала и целовала его. Та они разговаривали о том, как они впервые встретились и танцевали и веселились вместе. Потом она рассказала ему о ночи в мотеле. (в то время как он умирает на её руках)

"Я просто поцеловал тебя. Я целовал тебя снова и снова. Ты чувствовала ли ты это? "Навсегда, Елена. Я буду считать, что ... со мной. Это часть меня ... Ты видишь?

Он берет ее на руки, и она говорит: "Что ты делаешь?"

Дэймон - Елене: "Ты будете помнить? Только это... Я любил однажды, только однажды, действительно, в моей целой жизни. Ты помнишь, что я любил тебя?"

Не было бы никакого мира для нее, если не было Дэймона. (О Елене)

В конце Деймон умер, чтобы спасти Бонни. Елена больше не нуждалась в доказательствах его чувств к ней. Она всегда будет любить Дэймона, и она никогда не сделала бы ничего, чтобы уменьшить эту любовь..."

Дэймон возвращается в последнюю страницу книги.

"Дорогой дневник, я так напугана, что едва могу держать ручку.

Я печатаю, а не пишу от руки, потому что, так я лучше себя контролирую.

Чего я так боюсь, спросишь ты?

И тогда я отвечу "Деймона". Ты не поверишь, если не видел нас всего пару дней назад.

Но что бы понять, ты должен узнать кое-что. Тебе знакомо выражение "Ставки сделаны"?
Это означает, что может случиться все что угодно! Так, что кто-либо, кто понимает шансы и принимает ставки у

людей, отдает назад им их деньги. Потому что Джокер владеет ситуацией. И ты даже не думаешь о вероятности принять ставку. Вот каково мне. Вот почему мое сердце испуганно бьется в горле и его удары отдаются в голове, ушах и пальцах. Ставки сделаны.

Видишь, даже мои напечатанные буквы дрожат. Возможно, мои руки так же дрожат, когда я его вижу? Я могла бы уронить поднос. Я могла рассердить Деймона. И тогда могло бы случиться все, что угодно.

Всё, что я должна сказать - это то, что мы вернулись: Дэймон, Мередит, Бонни и я.

Мы пошли в Темное измерение и теперь мы снова дома, со Звездным шаром и Стефаном.
Стефан был обманом забран заманен туда Шиниши и Мисао, братом и сестрой китсун, или злыми лисами-духами, которые сказали ему, что если он пойдет в Темное измерение, то сможет снять проклятие - быть вампиром, и снова стать человеком.

Они обманули.

Все, что они сделали, это оставили его в ужасной тюрьме, где ни еды, ни света, ни тепла...пока он не оказался на грани смерти.

Но Деймон, тот, который, настолько отличался от теперешнего, согласился возглавить нас, чтобы попытаться найти его.
И, ах, я не могу описать Темное измерение даже себе. Но главное, что мы нашли Стефана и чтобы его освободить, нашли две половинки лисьего ключа. Но он был скелетом, бедным мальчиком. Из тюрьмы мы вынесли его на соломенном тюфяке, на котором он спал. Позднее Мэтт спалил тюфяк, поскольку он кишил паразитами. Но той ночью мы помогли ему принять ванну, уложили в постель .... и накормили его.

Да, нашей кровью. Все делали это кроме Миссис Флауэрс, которая делала компрессы, прикладывала их к костям, торчащим из кожи.

Они его морили голодом!

Я могла бы убить их своими собственными руками или силами крыльев, если бы только я могла пользоваться ими должным образом.

Но я не могу. Я знаю, что есть заклинание "Крылья уничтожения", но я понятия не имею,
как его вызывать.

По крайней мере, я видела, как Стефан расцветал, когда его кормили человеческой кровью. Я признаю, что несколько раз тайно кормила его, прекрасно понимая, что моя кровь отличается от крови других людей - она намного насыщенней, это и помогло Стефану быстрее поправиться. И так, Стефан выздоровел на столько , что на следующее утро он был готов спуститься вниз, чтобы отблагодарить миссис Флауэрс за её снадобья.

Остальные из нас, хотя - все люди - были полностью измученны. Мы даже не подумали о том, что произошло с букетом, так как для нас он не представлял особого интереса. Мы получили его, когда покидали Темное измерение от доброго белого лиса, заточенного в клетку напротив клетки где находился Стефан, до того как мы совершили побег. Он был так прекрасен! Я никогда не думала, что лис может быть добрым. Но он дал Стефану эти цветы.

Так или иначе, этим утром Деймон также проснулся. Конечно, он не смог пожертвовать ни капли своей собственной крови, но я честно говоря думаю, что он бы это сделал если бы имел такую возможность. Таким уж он был. И поэтому, я не могу понять откуда взялся этот страх, который я испытываю сейчас.

Как ты можешь бояться того кто целовал и целовал тебя ... и называл тебя своей дорогой и своей возлюбленной, и своей принцессой? И кто смеялся вместе с тобой, смотря на тебя озорным взглядом? И кто держал тебя за руку когда, ты была напугана, и успокаивал тебя, говоря, что тебе нечего бояться пока он рядом? Того, на кого достаточно было лишь взглянуть, что бы узнать о чем он думает? Того, кто будет защищать, целыми днями, в независимости от того как дорого это будет ему стоить.

Я знаю Деймона. Я знаю все его недостатки, но еще я знаю какой он, глубоко внутри. И он не такой, каким хочет казаться другим людям. Он не холодный, не высокомерный и не жестокий. Это лишь фасад, за которым он прячется, который надевает как одежду. Проблема в том, что я не уверена, знает ли он сам об этом.

Сейчас он растерян и прямо сейчас все смешалось.

Он может измениться ,и стать таким, каким хочет казаться - потому, что он запутался.

Тем утром только Деймон не спал. Он был единственным кто видел букет, поэтому он снял с него все магические защиты и обнаружил в центре розу, черную как смоль. И одно из качеств, которым Деймон обладает, вне всякого сомнения, - это любопытство. Деймон пытался найти чёрную розу годами, только для того, чтобы полюбоваться ею, я так думаю. Но когда он ее увидеи и понюхал... и бах! Роза исчезла!
И вдруг он стал болен, и болела голова, и он не мог уловить ни один запах, и все его остальные чувства были сильно притуплены тоже.
Я не знаю сколько времени понадобилось Деймону, чтобы осознать, что он стал человеком, серьезно, и никто не мог ничего с этим сделать.
Именно так дышат люди, понимаешь. Это было когда Сейдж - ой, я даже не упоминала о Сейдже, но он был высоким великолепным вампиром, который стал для нас всех хорошим другом - сказал ему втягивать воздух и пропускать его вниз к легким.

Черная роза была для Стефана; это должно было осуществить его мечту - снова стать человеком.

Тогда я увидела, как он недовольно смотрел на меня и оставшихся людей - представителей вида, которого он так ненавидел и презирал. Но когда Деймон понял, что магия подействовала на него...

С тех пор я не осмеливаюсь еще раз взглянуть в его глаза. Я знаю, всего несколько дней назад он любил меня. Можно подумать, что Деймону было бы легче снова превратиться в вампира. Не знаю, во что может превратиться любовь - что бы то ни было все его чувства сейчас обращены на него самого. И можно подумать Деймону легко будет снова стать вампиром.

Но он хочет стать таким же могущественным вампиром, как и прежде - и нет никого кто мог бы обменяться с ним кровью. Даже Сейдж исчез до того, как Дэймон смог спросить у него. Так что Деймон застрял до тех пор пока не найдет достаточно сильного и могучего вампира, который мог бы пройти с ним весь процесс изменения.

И каждый раз, когда я смотрю в глаза Стефана, в эти изумрудно-зеленые глаза, что светятся доверием и благодарностью - я чувствую страх. Страх, что каким-то образом его вновь вырвут прямо из моих объятий.
И... страх, что он как-то узнает, что я начала чувствовать к Деймону.

Я и сама не понимала, как много Деймон стал для меня значить. И я не могу... остановить... мои чувства... к нему, даже если он меня теперь ненавидит.

И, да, черт возьми, я плачу! В ту самую минуту когда я должна отнести ему ужин. Я прошу тебя, Господи, не дай ему возненавидеть меня! Должно быть он очень голоден, но когда Мэтт пытался принести ему, что-нибудь сегодня утром, Дэймон запустил в него подносом с едой. О, пожалуйста, Господи, пожалуйста, не давай ему меня ненавидеть! Я знаю что это эгоистично - говорить лишь о том, что происходит между мной и Деймоном.

Я думаю, что дела в Фелс Черч хуже чем когда-либо. С каждым днем одержимых детей, ужасащих своих родителей, становится все больше. С каждым днем родители все сильнее злятся, на тех кто завладел, их детьми. Но я даже думать не хочу о том, что происходит.

Шиниши... Он сделал много предсказаний о нашей группе, о вещах, которые ,мы хранили друг от друга. Если что-то не изменится, то целый город будет уничтожен, подобно последнему городу, который посещали Шиниши и Мисао.
По правде говоря, я не знаю, хочу ли я хоть одну из его загадок, услышать разгаданной. В одном нам повезло. У нас есть семейство Сетоу, чтобы помогать нам.

Ты помнишь Изобель Сетоу, которая ужасно сильно исколола себя, когда была одержима? Сейчас ей намного лучше, она стала хорошим другом и ее мать миссис Сетоу и бабушка Обаасан, тоже. Они дали нам амулеты-заклинания на самоклеющихся листиках или на картах, чтобы держать это зло подальше от нас. Мы им очень благодарны за помощь. Может когда-нибудь, мы сможем вернуть им все.

Елена Гилберт неохотно положила ручку. Закрыть дневник означало столкнуться лицом к лицу со всеми теми вещами, о которых она только что писала.

Тем не менее, она каким-то образом смогла заставить себя спуститься вниз на кухню и взять у миссис Флауер поднос с едой. Миссис Флуер ободряюще улыбнулась ей. Когда она шла в кладовую комнату пансиона, она заметила, что ее руки дрожали так сильно, что все, что она несла на подносе, звенело. В кладовку не было входа изнутри, поэтому кто хотел видеть Дэймона, должен был выйти через переднюю дверь и обойти вокруг дома к огороду.

Логово Деймона, как называли это сейчас. Когда она вошла в сад, Елена искоса взглянула на дыру в середине дягиля, которая была выключенными воротами, через которые они прошли из Темного Измерения. Она колебалась у двери кладовой. Она все еще дрожала, и она знала, что это не было правильным способом появиться перед Деймоном.

Просто расслабься, сказала она себе. Думай о Стефане. Стефан получил страшный удар, когда узнал, что ничего не осталось от розы, но скоро стал как обычно, сдержанным и спокойным, когда он касался щеки Елены, сказал, что был бы рад просто быть с нею. Именно близость, это все что он просил для жизни. Чистая одежда, качественное питание, свобода - за все это стоит бороться, но Елена была важнее всего.

И Елена заплакала.
С другой стороны, она знала, что у Деймрна нет стремления оставаться тем, кем он теперь был. Он мог делать что-нибудь, рисковать... чем-нибудь чтобы изменить себя.

Это было действительностью, Метт, который, предложил звездный шар как решение для условия Деймона. Мэтт, не понял ни про розу, ни про Звездный шар, пока не объяснили, что Звездный шар, вероятно, принадлежал Мисао и содержал все, или почти все ее силы, и он становился более блестящим, когда вбирал в себя жизни, которые она забирала. Черная роза, вероятно, была создано с помощью жидкости аналогичного Звездного шара, но никто не знал сколько и в сочетании с какими компонентами.

Метт нахмурился и спросил, если роза может превратить вампира в человека, может ли Звездный шар превратить человека в вампира? Елена была не единственной, кто увидел, как медленно поднимается склоненная голова Деймона и проблеск в его глазах, когда они шли по комнате к Звездному шару, наполненному властью.

Елена могла практически услышать его логику. Мэтт может быть на верном пути... но было одно место, где человек мог быть уверен, что найдет сильных вампиров. В Темном Измерении, ворота которого, находились в саду пансионата. Ворота были закрыты сейчас...из-за отсутствия силы. В отличии от Стефана, Деймон не испытывал абсолютно никакого беспокойства о том ,что произойдет, если он использует всю жидкость Звездного шара, что приведет к смерти Мисао.

В конце концов, она была одной из двух лис, бросивших Стефана, когда его подвергли пыткам. Так что все ставки сброшены.

Да, ты напугана, так совладай с этим, - свирепо приказала себе Елена.

Деймон провел в той комнате уже около пятидесяти часов, и никто не знает, что он придумал, чтобы завладеть Звездным шаром. Тем не менее, кто-то должен заставить его поесть, и по правде говоря "кто-то", это я.

Елена стояла у двери так долго, что ее колени начали затекать. Она сделала глубокий вдох и постучала. Но никто не ответил и свет внутри тоже не загорелся. Деймон был человеком. А сейчас было довольно темно на улице.

- Деймон? - это должно было прозвучать как призыв. Но получился только тихий шепот.

Ни ответа. Ни света.

Елена сглотнула. Он должен быть там. Елена постучала сильнее. Ничего. Наконец, она потянула за ручку.

К ее ужасу она была не заперта, и она распахнулась, показывая темноту внутри, как ночь вокруг Елены, как пасть ямы. Волосы на затылке Елены приподнялись.

"Деймон, я вхожу," она шепнула, как бы убеждая себя тишиной, что там никого нет.

Я стою против света на входе. Я ничего не вижу,так что у тебя все преимущества. У меня поднос с очень горячим кофе, печеньем, и стейк тартар без приправ. Ты можешь почувствовать запах кофе.

Странно, однако чувства Елены подсказывали ,что не было перед нею никого, ожидавшего, когда она столкнется с ним.

Ладно, подумала она.

Начну маленькими шагами. Шаг первый. Шаг второй. Шаг третий - я должно быть уже в комнате, но было слишком темно, чтобы хоть, что-то разглядеть. Шаг четвертый... Из тьмы появилась сильная рука, сжимая ее талию железной хваткой, и приставила нож к ее горлу. Елена увидела взрыв черноты с внезапной серой сетью, после которой темнота вдруг накрыла ее.

Елена не могла очнуться в течении нескольких секунд. Когда она пришла в себя, все было прежним - хотя ей было интересно, как она перерезала собственное горло ножом не смертельно. Она знала, что поднос с едой и кофе летал в темноте в то первое мгновение, когда руки не подчинялись ей. Она узнала захват, она узнала запах, и она поняла почему нож был у ее горла. И она была рада тому, как поступила, потому, что она не упала в обморок, как до этого Сейдж.
Она не была слабее! Сейчас она безвольно обвисла в руках Деймона, за исключением того места, где был нож. Чтобы показать ему что она ничем не угрожает.

"Здравствуй, принцесса" - над самым ее ухом произнес голос похожий на черный бархат.
Елена задрожала, но не от страха. Нет, больше было похоже на то, что все у нее внутри растаяло. Но он продолжал держать ее.

-Дэймон, - сказала она хрипло,- я здесь, чтобы помочь тебе. Пожалуйста, позволь мне. Ради тебя.

Железная хватка на ее талии исчезла так же внезапно, как и появилась. Нож перестал впиваться ей в кожу, но ощущение острого лезвия у ее горла было вполне достаточно, чтобы понять, что Деймон был наготове. Перемена захватов. Щелчок, и комната вдруг озаряется светом. Елена медленно повернулась, чтобы посмотреть на Деймона. И даже теперь, когда он был бледным, потрепанным и осунувшимся от голода, он был настолько великолепен, что ее сердце, казалось, проваливается во тьму. го черные волосы, беспорядочными прядями ниспадающие на лоб; его совершенные, точеные черты; его высокомерный, чувственный рот - сжатый сейчас в тонкую задумчивую линию...

"Где это, Елена?" коротко спросил он. Ни что. Где. Он знал, что она не глупа, и, конечно, осознавал, что люди в пансионе намеренно прячут от него звездный шар.

"Это все, что ты можешь сказать мне?" прошептала Елена. Она увидела как взгляд его беспомощно смягчился, и он сделал шаг ей навстречу, словно ничего не мог с собой поделать, но в следующее мгновение он вновь помрачнел.

- Ответь мне и потом может быть я продолжу.

- Я... вижу. Что ж мы установили систему два дня назад, - сказала быстро Елена.

"Все принимают в этом участие и прилагают значительные усилия. Человек, который получает бумагу с отметкой "Х", берет звездный шар с центра кухонного стола, после чего все остальные расходятся по своим комнатам и остаются там до тех пор, пока он не спрячет звездный шар. Сегодня была не моя очередь, поэтому я не знаю, где он. Но ты можешь проверить меня"

Деймон протянул руку и медленно провел рукой ниже уровня ее волос. Произнося эти слова, Елена почувствовала, как ее тело сжалось, она ощущала себя слабой, ранимой и беспомощной. Он может ударить ее головой об стену или бросить через всю комнату. Он запросто мог зажать ее шею между ножом и рукой до тех пор, пока ее голова бы не отвалилась. лена знала, что он пребывал в том состоянии духа, когда мог выплеснуть свои эмоции на человека, поэтому она ничего не делала. Ничего не говорила.

Просто стоял и смотрел ей в глаза. Деймон медленно нагнулся к ней и слегка коснулся - так нежно - своими губами ее губ.

Елена зажмурила свои глаза. Но в следующий момент Дэймон вздрогнул и убрал руку из под её волос. Следующая мысль которая посетила Елену было то, что случилось с едой которую она ему принесла. Почти остывший кофе обрызгал её руку и впитался в джинсы на её бедре. Осколки чашки и блюдца валялись на полу. Лоток и печенье отскочили за стул. Тем не менее, тарелка со стейком тартар чудесным образом оказалась правильно расположенной на диване. Кухонные приборы были повсюду. Голова и плечи Елены поникли под тяжестью страха и боли. Прямо сейчас ее ближайшей реальностью были страх и боль. Всепоглощающие. Вообще-то она не была плаксой, но сейчас не могла сдержать слезы, которые набегали на глаза.

"Черт!" - подумал Деймон.

Это была она…Елена

Он был уверен, что противник шпонил за ним, один из многих его врагов выследил его и устроил ловушку... кто-то, кто узнал, что сейчас он слаб как дитя. Ему даже в голову не приходило, что это была она, что он держал ее тело одной рукой, ощущал парфюм, сходящий от ее волос, в то время как держал другой рукой острое лезвие у ее горла.
А затем он включил свет и увидел то, о чем уже и так догадался. Невероятно! Он не узнал её. Он был снаружи в саду,когда увидел дверь в чулан открытой и понял что там злоумышленник. Но так как его чувства притупились он не смог сказать кто именно был внутри. Но никакие оправдания не могли скрыть факт. Он ранил и испугал Елену.

Его взгляд был прикован к горлу Елены, а именно к тонкой линии красных капелек, к порезу, оставленным ножом, когда она дернулась в страхе, перед тем, как упасть в изнеможении. Упала ли она в обморок? Она могла умереть еще тогда, прямо у него на руках, если бы бы он не был достаточно быстр, чтобы убрать вовремя нож. И вместо извинений он пытается выудить из неё правду для своих эгоистичных желаний. И сейчас,её горло...
- "Я был снаружи. Ты же знаешь, каким образом мы, люди, не можем видеть?" - сказал он, зная, что фраза прозвучала равнодушно и даже без нотки раскаяния. Но он не убедил себя.

- Это все-равно, что быть завернутым в хлопок, Елена: Мы не можем видеть, не можем чувствовать запах, не слышим. Мои рефлексы, как у черепахи, и я голодаю.

- Тогда почему бы тебе не попробовать мою кровь? - спросила Елена, неожиданно спокойно.

- Я не могу, - сказал Дэймон, стараясь не смотреть на тонкое ожерелье, обвивающее белоснежное горло Елены.

- Я уже порезалась, - сказала Елена, и Дэймон подумал, порезала себя сама? О боги, эта девушка бесценна! Как будто это была всего лишь маленькая авария на кухне.

- Ты сможешь по человечески оценить кровь, какова она будет на вкус теперь, - сказала Елена.

- Нет.

- Ты знаешь, что собираешься сделать. Я знаю, ты знаешь. Но у нас не так уж много времени. Моя кровь не будет течь вечно. Ах, Дэймон, после всего ...что произошло всего-лишь на прошлой неделе...

Он смотрел на нее слишком долго, он знал. Не только на кровь. Сказав что-то сдавленным голосом, прищуря глаза, Деймон взял Елену за руки. На ее исключительную, завораживающую красоту; как будто рожденная солнечным и лунным лучами, вошла в его комнату и безвредно освещала его своим светом.

Он ожидал, что она непроизвольно отшатнется, как это было, когда он схватил ее сзади. Но этого не произошло. Вместо этого, он увидел как яркое пламя вспыхнуло в ее широких малахитовых глазах.
Губы Елены непроизвольно приоткрылись. И он знал, что это непроизвольно. У него было много лет чтобы изучить действия молодых женщин.

Он знал что означает ее взгляд, поднимавшийся к его глазам и вдруг остановившийся на губах. Я не могу поцеловать ее еще раз. Я не могу. Это человеческая слабость, то как я на нее реагирую. Она не осознает, что это такое быть столь молодым и невероятно красивым. Когда-нибудь она поймет. Вообще-то я мог бы случайно научить ее прямо сейчас. Елена закрыла глаза, словно услышала его слова. Она откинула назад голову и внезапно Деймон обнаружил что помогает ей удержаться на ногах.

Полностью погруженная в собственные мысли, она показывала ему, что несмотря ни на что она все еще верила ему, все еще... все еще любила его. Дэймон и сам не осознавал, что собирался сделать, когда наклонился к ней. Он умирал от голода. Голод рвал его на части, словно когти волка. Это заставляло его чувствовать ошеломление, головокружение и он выходил из под контроля. Пол тысячелетия заставило его поверить, что единственная вещь способная утолить этот голод - это алый фонтан из разорванной артерии. Некий темный голос, исходивший вероятно с самого Адского Суда, прошептал, что он может сделать, что делают некоторые вампиры - разорвать горло, будто оборотень. Теплая плоть может облегчить голод человека. Что бы он мог сделать, оказавшись в такой близости к губам Елены, к ее кровоточащему горлу.

Две слезинки выскользнули из-под темных ресниц и скатились по лицу, прежде чем затеряться в золотистых волосах. Демон попробовал одну, прежде чем успел подумать. Все еще девушка. Как и следовало ожидать, Стефан был слишком слаб, чтобы встать. Но посреди всех этих циничных мыслей к нему вдруг пришел образ и всего лишь несколько слов: дух чистый, словно выпавший снег.

Неожиданно он почувствовал другой голод, другую жажду. И единственный способ утолить это желание был рядом. Отчаянно, быстро он начал искать и нашел губы Елены. И он осознал, что окончательно утратил над собой контроль. То в чем он больше всего нуждался было здесь, рядом. И хоть Елена и дрожала, она все же не оттолкнула его. Так близко что он купался в этой ауре такой же золотой как и волосы которых он нежно касался. Он был доволен собой когда она вздрогнула от удовольствия и он понял что может ощущать ее мысли. Она была сильным проектором, а телепатия единственной силой, что у него осталась. Он не имел ни малейшего представления о том, почему он все еще обладал ей, но он обладал. И прямо сейчас он хотел настроиться на Елену. Но что за девица! Она вообще ни о чем не думала!

Елена предложила свое горло, полностью капитулировав, отбросив все мысли, кроме лишь тех, в котрых она хотела помочь ему, хотела, чтобы его желания стали ее.

Сейчас она была так сильно увлечена поцелуем что даже не строила планы - что было для нее редкостью.

Она любит тебя - произнесла та его маленькая частичка что еще могла думать.

Она никогда этого не говорила! Она влюблена в Стефана! - подсказывало его нутро.

Ей и не нужно говорить. Она это показывает. И не притворяйся что не замечал этого раньше!

Но Стефан!

А разве о Стефане она сейчас думает?

Она раскрыла руки для голодного волка. Это не однодневное увлечение, не быстрый перекус и даже не постоянный донор. Это сама Елена. Я могу воспользоваться ей. И если она любит - она не сможет защититься. Она все еще дитя. Я должен сделать что-то. Поцелуи дошли до такой стадии что даже тот маленький голос разума стремительно увядал. Елена уже не могла удержаться на ногах. Ему следовало уложить ее куда-нибудь или дать возможность прийти в себя.

Елена! Елена! Я знаю, ты слышишь меня. Отвечай же!

Деймон? - едва слышно. О Деймон, теперь-то ты понимаешь?

Даже слишком хорошо, моя принцесса. Я воздействовал на тебя, так что я знаю.

Ты...? Нет, ты лжешь!

Зачем мне лгать? По каким-то необъяснимым причинам мои телепатические способности сильны как никогда. И я все еще хочу того же что и прежде. Но возможно ты хочешь подумать пару минут, барышня. Мне не нужно пить твою кровь. Я человек и притом изголодавшийся. Но явно не по этому паршивому гамбургеру что ты мне принесла.

Елены вырвалась из его рук. Он отпустил ее.

"Думаю, ты лжешь" сказала она припухшими от поцелуев губами, смело встречаясь с ним взглядом.

Он посмотрел на нее лучшим взглядом своих непроницаемых черных глаз.

"Зачем мне лгать?" повторил он.

"Я просто подумал что ты достойна шанса сделать свой собственный выбор. или ты уже решила отказаться от младшего брата, пока он вышел из строя?"

Рука Елены взлетела вверх, но тут, же опустилась.

"Ты используешь свое влияние на меня" - с горечью сказала она. "Я сама не своя. Но я никогда не откажусь от Стефана, особенно если он нуждается во мне."

Теперь он мог просто сидеть, и пусть горечь грызет его, а этот чистый дух следует за ее сознанием. Это было так, существовавшие огнем в сердцевине золотой истины.

Он думал об этом, чувствуя, как теряет ее ослепительный свет, который отступил, когда он почувствовал, что ножа уже не было. Мгновение спустя, когда ужас нахлынул на него, он буквально вытаскивал нож из ее горла.

Его телепатический порыв был полностью рефлекторный.

Какого черта ты делаешь? Пытаешься убить себя из-за того, что я сказал? Этот нож острый, как бритва!

Елена застыла в нерешительности. - "Я просто хотела сделать надрез."

"Ты итак почти сделала надрез, который брызнул на шесть футов вверх!". По крайней мере, он снова мог говорить, не смотря на комок в горле. Елена тоже пришла в себя.

"Я сказала тебе что знаю что ты должен сначала попробовать кровь, прежде чем попробуешь есть. Я чувствую как она вновь стекает вниз по моей шее. На этот раз не трать ее попусту."

Она всего лишь говорила правду. По крайней мере, она не сильно поранила себя. Он видел как свежая кровь сочится из нового пореза, который она так опрометчиво сделала, будет глупостью попусту истратить ее. На этот раз будучи совершенно бесстрастным Деймон за плечи привлек ее к себе. Он слегка приподнял ее подбородок, чтобы рассмотреть мягкое округлое горло. Несколько новых рубиновых порезов кровоточили. Инстинкт выработанный за пол тысячелетия твердил Деймону что именно это нектар и амброзия. Лишь там он найдет пропитание, отдых и эйфорию.

Вот здесь, где были его губы, когда он наклонился к ней во второй раз... и ему надо было лишь попробовать кровь, выпить... Он отпрянул, попытался заставить себя проглотить и не выплюнуть. Это не было... это не было совсем уж отвратительно. Он видел, как люди, с их деградировавшими чувствами, могли бы использовать разнообразных животных. Но эта свертывающаяся кровь, в этой дегустации не было крови...ни одного из ее ароматных букетов, пьянящего богатства, сладкого, бархатного, провокационного, живительного, невыразимого ее атрибута. Это было вроде плохой шутки.
Он был соблазнен возможностью укусить Елену, провести клыком по ее сонной артерии, сделать крошечный надрез, чтобы испытать небольшую вспышку, которая вознесет его до небес, чтобы сравнить, убедиться, что вещество было реальным. Фактически он был более, чем искушен; он делал это. Но кровь перестала идти. И он остановился, где то на середине мысли. Он нанес все царапины правильно, будто потертости. Он даже не повредил кожу Елены.

Тупые зубы.

Деймон начал водить языком по клыкам, желая удлинить их, всей душой желая заточить их. И... ничего. Ничего. Он мог бы весь день на это потратить. Опечаленный, он позволил Елене повернуть голову.

"И это все?" произнесла она дрожащим голосом. Она так старалась быть храброй рядом с ним! Бедная светлая обреченная душа со своим демоническим любовником.

"Деймон ты можешь пытаться снова",сообщила она ему."Ты можешь укусить сильнее"

"Ничего хорошего",сказал он."Бесполезно-" Елена почти осела на пол.

Он удерживал ее в вертикальном положении, пока рычал ей в самое ухо: "Ты же знаешь, что я имел ввиду. Или ты предпочитаешь быть моим обедом, нежели моей принцессой? "

Елена, молча, покачала головой. Она отдыхала в его объятиях, её голова напротив его плеча. Он немного удивился тому что она нуждается в отдыхе после того что он сделал с ней.

Но то, что она посчитала его плечо комфортным... это было свыше его сил.

Сейдж! Деймон послал гневную мысль на всех частотах, которые были ему доступны, равно как он делал на протяжении всего дня.

Если бы он только мог найти Сейджа, все его проблемы были бы решены. Сейдж, потребовал он, где ты?

Нет ответа.

Все, о чем было известно Деймону, так это то, что Сейдж смог открыть ворота в Темное Измерение, которые даже сейчас находились в саду мисисс Флауерс, бессильные и бесполезные. Деймон присел. Сейдж всегда был ослепляюще быстр, когда взлетал. И почему он взлетел? Вызов Империи? Иногда Сейдж получал их. От Файлена Первого, который жил в суде Инферно, в самом низу Темного Измерения.

И когда Сейдж получал их, он должен был мгновенно оказаться в этом измерение, на середине слова, середине ласк, середине чего угодно. Сейджу нужно было преодолеть не малый путь, к определенному сроку, Дэймон знал это. Он знал это потому что Сейдж до сих пор был жив.

Днём, после того как Дэймон обнаружил букет, Сейдж оставил на каминной панели записку благодарящую мисисс Флауерс за гостеприимство, и даже оставил свою огромную собаку, Сабера и своего сокола - Талона, для защиты хозяйства - записка несомненно заранее написанная. Он ушел так же как и всегда, непредсказуемо как ветер и не попрощавшись. Несомненно, он думал, что Дэймон легко найдёт выход из ситуации. В Церкви Феллс было много вампиров. Всегда было.

Линии Лей Чистой Силы привлекают их даже в спокойные времена. Проблема была в том что все вампиры были одержимы малахами-паразитами которыми управляли злые духи лис. Они не могут быть ниже в иерархии вампиров. И, конечно же, Стефан был полным неудачником. Даже если он не был бы так слаб что попытка обратить Дэймона в вампира убила бы его, даже если бы его гнев по поводу "кражи его человечности" Дэймоном прошел, он бы просто никогда не согласился бы из-за его убеждений что вампиризм- проклятье.

Люди никогда не знали о таких вещах как иерархия вампира потому что это не касалось их пока, как правило, они сами не были обращены в вампиров. Иерархия вампиров была жесткой, от бесполезных и неблагородных до клыкастой аристократии. Древние входят в последнюю категорию,также как и другие прославленные и влиятельные вампиры.

Чего Деймон хотел так это быть превращён в вампира тем сортом женщин которых знал Сейдж, и он был полон решимости найти знатную женщину-вампира, достойной его.

Другие мысли мучили Дэймона, который провёл два бессонных дня, обдумывая их. Возможно, ли что белый кицуне который дал Стефану букет, и изготовил розу, превращавшего первого кто её понюхает в человека надолго? Это была бы самая большая мечта Стефана. Белый лис наслушался бреда Стефана, не так ли? Он видел что Елена плакала по Стефану. Он видел влюбленных вместе, Елену кормящую Стефана своей кровью через колючую проволоку. Только судьба могла знать какие идеи были в пушистой белой голове лиса, когда он приготовил розу, которая "вылечила" Дэймона от "проклятья".
Если это необратимое "лечение"... Если Сейдж не достигнет успеха.. Внезапно Деймон осознал что Елена замёрзла.
Это было странно так как ночь была теплой, но она сильно дрожала. Ей нужен его пиджак или... Она не замерзла, тихий голос где-то глубоко внутри его, сказал. И она не дрожит. Она дрожит из-за всего что ей пришлось пройти.

Елена?

Ты забыл обо мне. Ты держал меня, но ты совсем забыл о моем существовании ...

Если бы, подумал он с горечью. Ты клеймо на мою душу. Деймон внезапно разозлился, но этот гнев был отличным от злости на кицуне и Сейджа и мира. Это был тот гнев, который перекрыл его горло и заставил его грудь сжаться.
Это был гнев ,который заставил его поднять ошпаренную руку Елены, которая покрывалась алыми пятнами, и обследовать её. Он знал что бы сделал, будь он вампиром: провёл бы прохладным языком по ожогам, ускоряя процесс заживления.

А теперь ... он ничего не мог с этим поделать.

"Это не больно ", сказала Елена. Она могла стоять.

“Ты лжешь, принцесса,” сказал он. “ Твои брови дёрнулись. Это - боль. И твой пульс подскакивает —“Ты можешь понять это, не касаясь меня?”

"Я могу увидеть это, в твоих висках. Вампиры”,с порочным акцентом на то что он всё ещё вампир, в сущности,“замечают такие вещи. Я сделал тебе больно. И ничем не могу помочь. Кроме того ", он пожал плечами," ты замечательная лгунья. Я имею в виду, звездный шар. "

"Ты всегда сможешь узнать, когда я вру?"

"Ангел",сказал он устало, “это легко. Ты - или счастливый обладатель звездного шара на сегодня …, или ты знаешь, кто.”

Снова, Елена опустила голову в испуге.

"А ещё, « легко сказал Деймон ", вся история с жеребьевкой- ложь."

“Подумай о том, что тебе дорого,” сказала Елена с, по крайней мере, частью ее обычного огня в голосе. “И ты сможешь избавиться от этого беспорядка, также.”

Как только она повернулась чтобы уйти, Дэймона озарило.“Г-жа Флауэрс!”воскликнул он.

"Неправильно, « Елена отрезала.

"Елена, я не говорил о звездном шаре. Даю слово. Ты знаешь как трудно лгать телепатически-

Да, я знаю и поэтому, если и есть единственное в мире дело которое ты.. практикуешь.. на...

Она не смогла закончить. Не смогла продолжить. Елена знала, что слово Дэймона значит для него.

Я никогда не скажу тебе, где он, послала она телепатически Деймону. И я клянусь тебе, что г-жа Флауэрс не скажет, тоже.

"Я верю тебе, но я всё еще собираюсь увидеть её." Он легко поднял Елену и перешагнул через разбитую чашку и блюдце. Елена автоматически схватил его за шею обеими руками, чтобы не упасть.

"Милый, что ты делаешь-?" Елена заплакала, потом остановилась, широко раскрыв глаза, два ошпаренных пальца, подлетели к её губам.

В дверях, а не в двух метрах от них, стояла маленькая Бонни Маккалоу,с бутылкой вина Черная магия, безалкогольным, но мистически волнующим напитком, высоко поднятой в руке. Но как заметила Елена, выражение лица Бонни поменялось в одно мгновение. Была торжествующая радость. Теперь же был шок. Это было неверие, которое не смогло удержаться. Елена точно знала, о чём она подумала.

Весь дом был переделан для того чтобы Деймон чувствовал себя комфортнее - а Деймон украл то, что по праву принадлежало Стефану - Елену. К тому же он лгал о том, что больше не был вампиром. И Елена даже не боролась с ним. Она называла его "милый"! Бонни выронила бутылку и развернувшись, побежала.

Дэймон прыгнул.
В тот же момент Елена почувствовала, что теряет равновесие.
Она попыталась сгруппироваться так, чтобы упасть набок. Но произошло что-то странное - почти сверхъестественное. Она переместилась направо вниз и оказалась на противоположенной стороне дивана рядом с тарелкой на которой лежал стейк тартар.

Тарелка подпрыгнула, возможно, дюйма на три или четыре и затем вернулась в исходное положение. Елене также повезло увидеть окончание этого героического спасения - Дэймон приземлился на пол и успел схватить бутылку драгоценного Черного магического вина, до того как она ударилась о пол и разбилась.
Он не имел тех молниеносных рефлексов, когда был вампиром, но он был все еще значительно быстрее человека.
Прыгнув, он удержал падающую девушку, приземлив ее на что-то мягкое, еще прыжок, и он в последний момент ухватив бутылку, не дав ей разбиться.

Восхитительно.
Но был еще один признак того, что Дэймон не являлся больше вампиром - он больше не был устойчив к падениям на твердую поверхность.

Елена осознала это только в тот момент когда услышала его затрудненное дыхание, он задыхался.
Она дико перебирала в своей голове все несчастные случаи с спортсменами-и вспомнила один, с Меттом,когда ему спёрло дыхание.
Тренер схватил его за воротник и ударил его по спине.
Елена подбежала к Дэймону подхватила его под руки, перевернув на спину.
Она приложила все свои усилия чтобы переместить его в сидячее положение.
Она сцепила руки в замок. Изображая Мередит, которая состояла в бейсбольной команде Старшей школе им. Роберта Е. Ли и у которой было .225 ERA, она качнулась в сторону Дэймона так сильно, как только могла и ударила его кулаками в спину.
И это сработало!
Вдруг Дэймон захрепел, а затем задышал снова.

Елена встала на колени и попыталась поправить его одежду.
Как только он смог нормально дышать, его конечности перестали быть мягкими под ее пальцами.

Он мягко сложил ее руки.
Елена задалась вопросом возможно ли что, они зашли так далеко за пределы слов, что они могут не использовать их снова.

Как это всё могло случиться?
Дэймон подхватил её - возможно потому что она обожгла ногу, или возможно потому что он решил Миссис Флауэрс владеет звездным шаром. Сама себе она абсолютно точно сказала,"Дэймон, что ты делаешь?"

А затем на середине предложения она услышала как сама произнесла "дорогой" и - но кто когда-либо поверит ей - Это никак не было связано с тем чем они занимались до этого. Это была случайность, оговорка.
И она произнесла это прямо перед Бонни, единственным человеком, который вероятнее всего воспримет это серьёзно.

И Бонни убежала до того как она успела все объяснить.
Дорогой! И это тогда, когда они снова стали противостоять друг другу.
Это наверняка была шутка. Потому, что он был нацелен только на то, чтобы заполучить звёздный шар. Она видела это в его глазах.

Чтобы назвать Дэймона "дорогой" серьёзно, ты должна быть... безнадежно... беспомощно, отчаянно влю....

О, Боже...

Слёзы побежали по щекам Елены.
Но это были слезы откровения.
Елена осознавала, что она сегодня не в лучшей форме.

Она плохо спала последние три дня - слишком много противоречивых чувств - слишком много неподдельного страха сейчас.

Но всё же она боялась узнать изменились ли её чувства.
Она не просила об этом. Всё о чем она просила - это чтобы два брата прекратили враждовать между собой. И она была рождена любить Стефана; она знала это! Однажды он был готов жениться на ней. Но с тех пор она была вампиром, духом и новым воплощением спустившимся с небес, она может только надеяться, что однажды он решит жениться на новой Елене тоже.

Но новая Елена была озадачена своей новой уникальной кровью, которая для вампиров, по сравнению с кровью текущей по венам большинства девушек, соотноситься как ракетное топливо и бензин. Озадачена своими Силами Крыльев, такими как Крылья Искупления, большую часть которых она не понимала и ни одни из которых не могла контролировать. Хотя не так давно она видела начальную стадию Крыльев Разрушения. Это когда-нибудь может очень пригодиться, подумала она мрачно.

Конечно некоторые из них уже были полезны Дэймону, тому кто не так давно был просто союзником, врагом и союзником снова. Тому кто хочет украсть, то в чем нуждается весь город.

Елена не хотела влюбляться в Дэймона, но .. . о Боже! Что если она уже влюбилась! Что если эти чувства нельзя остановить! Что она сможет сделать?
Осознавая, что она никогда не сможет рассказать о своих переживаниях Дэймону, она подавила слезы наворачивающиеся на глаза. У него был дар прозорливости и прекрасное понимание эмоций других. Если бы она рассказала ему о своих чувствах до того как разобралась с ними окончательно, он бы похитил её. Он бы уверился в том, что она забыла Стефана и что это к лучшему, также как она мимолетно забыла о нем сегодня.

"Стефан", прошептала она. "Прости меня..."

О тех чувствах которые она испытала сегодня, Стефан также не должен знать. И Стефан для неё единственный.

"Мы должны избавиться от Шиничи и Мисао" - сказал Метт уныло. Я хочу сказать, мне необходимо как можно быстрее прийти в форму, в противном случае штат Кентукки отправит меня обратно с штампом "Брак". Он и Мередит сидели на уютной кухне миссис Флауэрс, кушая имбирное печенье и наблюдая как она старательно готовит говядину карпаччо - второй из двух рецептов приготовления мяса из своей древней кулинарной книги. "Стефан идет на поправку, так что через пару дней мы сможем побросать старый мяч", добавил он с сарказмом,- "если бы все в городе просто перестали быть такими одержимыми. Ах, да, и если бы копы прекратили преследовать меня за нападение на Кэролайн."
При упоминании имени Стефана, миссис Флауэрс заглянула в котел, который кипел на плите так долго и сейчас из него исходил такой ужасающий запах, что Метт дже не знал кто достоин большей жалости: тот кому достанется огромный кусок сырого мяса или тот кто в скором времени попытается попробывать то что находиться в этой кастрюле.

"И так, исходя из того что ты жив - ты будешь рад возможности покинуть Феллс-Черч когда придет время?" - спокойно спросила его Мередит.

Мэтт чувствовал себя так. как-будто она только что дала ему пощёчину. "Ты шутишь, неправда ли?"- он сказал, поглаживая Сабер загорелой босой ногой. Огромный зверь издал некое подобие ворчливого мурлыканья. "Я имею ввиду, до этого, было бы неплохо снова сделать пару передач Стефану - он самый умелый, которого я когда-либо видел - "

"Или когда-либо ещё увидишь", Мередит напомнила ему. "Я не думаю, что многие вампиры увлекаются футболом, поэтому Метт даже не думай предполагать, что он и Елена последуют за тобой в Кентукки. Кроме того, я буду рядом в этот момент, предлагая им отправиться в Гарвард со мной. И хуже всего то, что мы оба проиграем Бонни, потому что этот неполный колледж - все равно - намного ближе к Феллс-Черч и к всему тому,что они так любят."
"Ко всему что Елена так любит" - не удержался и поправил Метт. "А все чего хочет Стефан - это быть рядом с Еленой".

"Так-так", сказала миссис Флауэрс." Пусть все идет своим чередом, хорошо, мои дорогие? Мама сказала что мы должны поддерживать в себе силы. Она беспокоилась - ты же знаешь что она не может предвидеть все что может произойти.

Мэтт кивнул, но он должен был сглотнуть, прежде чем сказать Мередит, "Итак, ты полна желания быть подальше от Ivied Walls ,не так ли?"

"Если бы это не был Гарвард - если бы я только могла отложить поступление на год, не потеряв стипендии..." голос Мередит затих, но тоска звучавшая в нем была очевидна.
Миссис Флауэрс похлопала Мередит по плечу и затем сказала, "Я беспокоюсь о Стефане и Елене. Елена не может жить здесь, так как все уверены в том что она мертва.

"Мне кажется они больше не рассматривают вариант о том, чтобы уехать куда-нибудь далеко-далеко", сказал Мэтт. "Я могу поспорить, что сейчас они видят себя защитниками Феллс-Черч. Они приживутся как-нибудь. Елена может изменить прическу." Метт пытался сказать это непринужденно, но слова словно свинцовые воздушные шары сорвались с его губ.

"Миссис Флауэрс говорила о колледже" , Мередит повысила голос. "Они собираются быть супер-героями ночью и отдыхать днем? Даже если они хотят поступить куда-нибудь на следующий год, они должны поразмыслить об этом сейчас."

"Хорошо... Как на счет, Далкреста?"

"Где? "

"Ну, это небольшой университет в Дайере. Он маленький, но футбольная команда там действительно - хотя Стефану это вряд ли будет интересно насколько они хороши. Но зато этот университет в получасе езды отсюда."

"Ах, этот. Спорт может быть там и на высоком уровне, но в любом случае он не идет ни в какое сравнение с Лигой плюща, и тем более с Гарвардом." - Мередит - бесчувственная, загадочная Мередит - произнесла это так, как будто у неё был заложен нос.

"Да," сказал Метт, и только на секунду взял тонкую холодную руку Мередит и пожал ее. Он еще больше удивился, когда она соединила ее холодные пальцы с его, взяв его за руку.

"Мама, всегда говорила "чему быть того не миновать", Миссис Флауэрс сказала спокойно. "Главное, по моему мнению, это спасти дорогой сердцу старинный городок и конечно же людей его населяющих."

"Без сомнений это так", сказал Метт. "Мы будем стараться изо всех сил. Слава Богу, что в этом городе живет человек который понимает японских демонов."

"Ориме Сайто". произнесла миссис Флауэрс слегка улыбнувшись. "Благослови её Господи за её амулеты."

"Да, их обоих",Сказал Метт, подумав о бабушке и маме с одинаковыми именами. "Я предполагаю что нам понадобится большое количество этих амулетов, которые они изготавливают", добавил он мрачно.

Миссис Флауэрс хотела что-то добавить, но заговорила Мередит, которая всё ещё сосредоточенно размышляла о чем-то своем.
" И всё-таки, Стефан и Елена могут ещё рассматривать вариант, о том чтобы уехать далеко-далеко", сказала она печально. " И с этой точки зрения ни один из нас может даже не пытаться предлагать им наши колледжи..." Она пожала плечами.

Метт до сих пор сжимал её руку, когда Бонни рывком открыла дверь в фойе, о чем-то причитая. Она хотела быстро проскользнуть через фойе к лестнице минуя кухню, но Мэтт отпустил руку Мередит и они оба преградили ей путь. Мгновенно все насторожились. Мередит сильно сжала руку Бонни. Миссис Флауэрс вышла в фойе, вытирая руки о кухонное полтенце.

"Бонни,что случилось?Это Шиничи и Мисао?Мы атакованы?" спрашивала Меридит тихо, но с интенсивностью через истерику

Метта словно пронзил болт изо льда. Никто не знал где находятся Шиничи и Мисао прямо сейчас. Возможно в чаще - это все что осталось от Старых Лесов - возможно прямо здесь в пансионе. "Елена!" - он крикнул. "О Боже, она и Деймон оба там! Они ранены? Шиничи добрался до них?"

Бонни закрыла глаза и покачала головой.
"Бонни, успокойся. Это Шиничи? Это полиция?" - спросила Мередит. А Мэтту сказала: "Ты бы лучше проверил, посмотрел из-за занавески там". Но Бонни все ещё отрицательно мотала головой.

Из-за штор Мэтт не увидел ни сигнальных огней полиции ни каких признаков атаки Шиничи или Мисао.

"Если мы не атакованы", Метт мог слышать как Мередит говорила Бонни, "то что тогда случилось?"

Невыносимо, Бонни только качала головой.

Метт и Мередит переглянулись. "Звёздный шар", мягко произнесла Мередит, в тот же момент Метт проворчал, " Этот гад."

"Елена не сказала ничего, кроме заготовленной истории," сказала Мердит. А Метт напряженно пытался прогнать из сознания образ небрежно растрепанного Дэймона и корчащейся в агонии Елены.

"Возможно это одержимые дети - те которые ходят вокруг, наносят себе раны или ведут себя как безумные", сказала Мередит, взглянув на Бонни, и сильно сжимая руку Метта.
Мэтт расстерялся и попытался размышлять логически. Он сказал, "Если это S.O.B. старается забрать звездный шар, Бонни бы не убежала. Она смелее когда она испугана. И кроме того она убила Елену, с ней что-то не так - "

Мередит мрачно сказала, "Поговори с нами, Бонни", своим наиболее успокаивающим сестринским голосом. "Что-то же должно было случиться, что довело тебя до такого состояния. Сделай глубокий вдох и расскажи мне что ты видела."

И вот слова потоком стали литься из уст Бонни. " Она - она называла его "дорогой"", Сказала Бонни, сжимая обоими руками другую руку Мередит. "И вокруг её шеи была размазана кровь. И - Я уронила её! Бутылку Черной Магии!"

"Ну что ж," мягко начала Миссис Флауэрс. "Не стоит плакать над пролитым вином. нам просто нужно..."

"Нет, вы не понимаете," ахнула Бонни. "Я слышала их разговор пока спускалась по лестнице - я шла очень медленно что бы не оступиться. Они говорили про звездный шар! Сначала я думала, что они спорят - но она обнимала его за шею. И все эти разговоры о том, что он больше не вампир? Все ее горло было в крови и у него на губах тоже была кровь! Когда я спустилась он взял ее на руки и отбросил в сторону и я не все видела но он двигался недостаточно быстро. Она должно быть отдала ему звездный шар! И она все еще называет его 'дорогой'!"
Метт встретился с Мередит глазами, они оба покраснели и быстро отвернулись. Что если Дэймон снова стал вампиром - если он каким-то образом достал звездный мяч из тайника - и если "отнести еду" было для Елены лишь предлогом чтобы дать ему кровь...

Мередит все еще пыталась найти происходящему разумное объяснение. "Бонни, может ты преувеличиваешь? Как бы там ни было, что случилось с подносом Миссис Флауэрс с едой?"

"Еда была разбросана повсюду. Они только что отбросили ее. И он держал ее, одной рукой под колени а другой придерживал за шею, и ее голова была запрокинута назад, и волосы рассыпались по плечам!"

В помещении воцарилось молчание, все пытались представить себе ситуацию которая соответствовала бы последним словам Бонни.

"Ты хочешь сказать, что он придерживал ее чтобы она не упала?" Спросила Мередит, ее голос неожиданно опустился до шепота. И Метт понял почему. Стефан, должно быть, спал наверху, и Мередит не хотела будить его.

"Нет! Они... они смотрели друг на друга," воскликнула Бонни. "Смотрели. Друг другу в глаза."
Миссис Флауэрс мягко продолжила. "Но Бонни, дорогая - может быть Елена Елена упала и Деймон просто поднимал ее."

Теперь Бонни заговорила безжалостно и смело. "Ну лишь в том случае если тоже самое происходит со всеми этими женщинами на обложках сентиментальных книжек... как вы их там называете? "

"Любовные романы?" - Несчастным голосом предположила Мередит, поскольку все остальные молчали.

"Да, точно! Любовные романы. И он держал ее так же как и там. Я имею ввиду, мы же все знали - между ними произошло что-то в Темном Измерении, но я думала, что все это прекратилось когда мы нашли Стефанаю Как выясняется - не прекратилось!"

Метт почувствовал накатывающую волнами дурноту. "Ты хочешь сказать что в эту самую минуту Елена и Деймон там внизу... целуются и прочее?"

"Я не знаю, что я хочу сказать!" воскликнула Бонни. "Они говорили о звездном шаре! Он обнимал её словно невесту! И она не сопротивлялась ему!

С леденящим ужасом, Мэтт видел проблему,он видел ее как могла ее видеть Мередит. Даже хуже,они смотрели в противоположные направления. Метт смотрел наверх,на лестницу, где появился Стефан. Мередит смотрела на кухонную дверь, один взгляд показывал Метту, что Дэймон входил в фойе
Что Дэймон делал на кухне? Гадал Метт. Мы были там до последней минуты. И он что, стоял в стороне и подслушивал.

Так или иначе, Метт попытался разрядить обстановку. "Стефан!" сказал он бодрым голосом, который заставил его внутренне содрогнутся. "Ты готов к небольшой чашечке крови спортсмена на ночь?"

В крошечной части сознания Метта возникла мысль: нет, вы только на него посмотрите. Всего лишь три дня после освобождения из тюрьмы и он уже такой же как и прежде. Три ночи назад он был похож на скелет. Сегодня он кажется лишь немного худым. Он даже снова достаточно красив для того что бы заставить девушек сходить по нему с ума.

Стефан слегка улыбнулся ему, придерживаясь за перила. На фоне бледного лица его глаза казались поразительно живыми, ярко-зеленые, они и в самом деле сияли как драгоценные камни. Он не выглядел расстроенным, и это заставило сердце Метта болезненно сжаться. Как они ему скажут?

"Елена ранена" сказал Стефан. Возникла немая пауза, все замерли на своих местах. "Но Дэймон не смог помочь ей, поэтому и привел к миссис Флауэрс."
"Верно," холодно произнес Дэймон из-за спины Метта. "я не смог помочь ей. Если бы я до сих пор был вампиром... но я больше не вампир. Елена обожглась, в основном. Все что я смог придумать это принести ей немного льда или какую-нибудь припарку. Сожалею, что разрушил все ваши заумные теории. "

"О Господи!" воскликнула миссис Флауэрс. "Ты хочешь сказать, Елена сейчас на кухне ждет припарку?" Она поспешила из фойе в сторону кухни.

Стефан продолжил спускаться по лестнице, окликнув, "Миссис Флауэрс, она ошпарила руку и ногу. Она говорит что это потому что Дэймон не узнал ее и толкнул. Он подумал что в его комнате злоумышленник и ножом порезал ей горло. Мы будем в гостиной если вам понадобится помощь."

Бонни воскликнула, "Стефан, может быть она и невиновна, но он - нет! Даже если исходить из твоих слов, он обжег ее - словно пытал - и приставил нож к ее горлу! Может он угрожал ей, чтобы заставить сказать то, что мы хотели услышать. Возможно она до сих пор у него в заложниках, мы же этого не знаем!"

Стефан покраснел. "Это так трудно объяснить," сказал он очень тихо. "И я все пытаюсь настроиться. Но до сих пор некоторые мои силы растут... быстрее чем способность контролировать их. Большую часть времени я спал, так что это не имеет значения.Я спал еще несколько минут назад. Но я проснулся и Елена говорила Дэймону, что у Миссис Флауэрс нет звездного шара. Она была расстроена и ранена - и я чувствовал где она была ранена. И вдруг я услышал тебя, Бонни. Ты очень сильный телепат. А потом я услышал все что вы говорили о Елене..."

Боже мой. Как безумный думал Метт. Он начал лепетать что-то невразумительное - "Конечно, конечно, мы ошиблись". Он последовал в гостиную за Мередит, так словно его ноги были привязаны к ее итальянским босоножкам.

Но кровь на губах Дэймона...
Должно быть разумное объяснение и для крови тоже. Стефан сказал что Дэймон порезал Елену ножом. И поэтому кровь оказалась размазанной повсюду; Метту не показалось что это напоминает вампиризм. Он был донором для Стефана по крайней мере десяток раз за последнее время и процесс всегда был очень аккуратным.

Это было странно и он также подумал о том, что никому из них никогда не приходило в голову что даже из верхней части дома Стефан мог отчетливо слышать все их мысли.

Он всегда мог это делать? Метт гадал делает ли он тоже самое прямо сейчас.
"Я стараюсь не прислушиваться к чужим мыслям, если только меня не пригласили, или если у меня нет на это веской причины," сказал Стефан. "Но когда кто-то упоминает Елену, особенно если упоминание звучит расстроенно - тут я ничего не могу с собой поделать. Это словно ты находишься в шумном месте и едва можешь различать голоса, но если кто-то произнесет твое имя - ты немедленно услышишь."

"Это называется Феномен Коктейльной Вечеринки," произнесла Мередит. Его голос был тихим и полным раскаяния, словно она пыталась успокоить подавленную Бонни. Метт почувствовал как его сердце в очередной раз сжалось.

"Что ж, ты можешь называть так все что тебе заблагорассудится," сказал он, "и на самом деле это означает что ты можешь слушать наши мысли когда тебе захочется."
"Не всегда," поморщившись, сказал Стефан. "Когда я пил кровь животных я был недостаточно силен для этого, если только я целенаправленно не работал над этим. И кстати, думаю моих друзей обрадует тот факт что собираюсь вернуться к охоте на животных завтра или через пару дней, в зависимости от того, что скажет миссис Флауэрс", добавил он обводя комнату многозначительным взглядом. Он остановился не Дэймоне, который в свою очередь стоял у окна прислонившись спиной к стене и выглядел растрепанным и очень, очень опасным. "Но это не значит что я забуду о тех, кто спас мне жизнь когда я был на грани смерти. За это я им бесконечно обязан и искренне благодарю их - и думаю придет день когда мы отметим это." Он напряженно моргнул и отвернулся. Две девушки сразу же растаяли и даже Мередит всхлипнула.

Дэймон преувеличенно-тяжело вздохнул. "Кровь животных, да? Блестяще! Давай, делай себя настолько слабым, насколько это возможно, братишка, даже с тремя или четырьмя добровольными донорами рядом с тобой. И когда дело дойдет до финальной схватки с Шиничи и Мисао от тебя будет столько же пользы, сколько от куска влажной салфетки".

Бонни начала говорить. "И если будет схватка, то насколько... скоро?"

"Как только Шиничи и Мисао смогут управлять этим," тихо сказал Стефан. "Я думаю они не собирались давать мне время чтобы поправиться. Весь город должен погрузиться в огонь и пепел, вы же знаете. Но я не могу и дальше просить вас, и Мередит, и Метта, и Елену, давать мне кровь. Вы и так поддерживали во мне жизнь последние несколько дней, и я не знаю как отплатить вам за это."

"Становись сильным, этим ты нам отплатишь," сказала Мередит своим тихим, ровным голосом. "Но Стефан, могу я задать тебе несколько вопросов?"
"Конечно," сказал Стефан, стоя за стулом.

Он не садился до тех пор, пока Мередит с Бонни сидящей практически у нее на коленях не опустились на софу.

И тогда он сказал: "Задавай".